Category: транспорт

О журнале, банах, позиции и френдах

Этот журнал есть выражение личной позиции автора, а не позиции каких-либо организаций. В целом, автор стоит на позициях национал-патриотизма.
Каждую запись, которую можно истолковать против автора, нужно воспринимать как оценочное суждение.
Банить и стирать комменты буду за рекламу, очевидный дебилизм комментов, отъявленную пропаганду русофобии и прочих мерзких вещей (педофильство всякое, откровенная клевета и т.п.), употребление слов "Рашка", "Лугандон", "вата" и т.п.,  а также за оскорбления автора журнала.
Френдю по своему усмотрению тех, чьи журналы считаю интересными. Если вы зафрендили меня, и в ваш журнал не пустой, наполнен интересными записями, то в 99% случаев я зафрендю вас в ответ в качестве благодарности за внимание к моему журналу, если вы не бот и ваш капитал больше 10.
В редких случаях указанные выше правила могут иметь исключения.
Премного благодарен за внимание.

________________
РЕКЛАМА в моем журнале - в личку
________________

Мой аккаунт в Facebook для оперативной связи и дружбы: Макс Фукс
Мой аккаунт в Twitter для фолловинга: Фукс Макс
Теперь и в Телеграмм: Охранитель

Не покупай продукцию с Украины, не корми нацистов!
0000035320-ukrainskie-tovary1
promo maxfux январь 16, 2017 17:37 332
Buy for 150 tokens
Тут народ задается вопросом, нужна ли России Украина? А если нужна, то в каком виде. Ведь это палка о двух концах. С одной стороны, исторические территории, с другой - одурманенное население. Понятно, что администрация Трампа, скорее всего, сольет Украину. Толку в ней для США особо нет. Европейцы…

Нью-йоркское метро - это еще та помойка

Сейчас будет пост говна. Нью-Йорк часто называют столицей мира. Я, мягко говоря, не совсем с этим согласен, но оукей, дадим людям насладиться сладкой пилюлькой заблуждения.

Так вот. Если в большом городе нет нормального общественного транспорта, то это не столица, а хуй моржовый. А в Нью-Йорке, например, нет нормального метро. Если вы спросите у любого половозрелого прохожего в любом районе Нью-Йорка, что его больше всего в городе бесит - 99% ответит - метро!

Дорогие мои друзья из Москвы, принципиально не ездящие в подземке и называющие ее помойкой, любимые мои снобы, приезжайте скорее в Нью-Йорк и селитесь, например, в Квинсе. Или в Бруклине, поглубже. А на работу устройтесь в каком-нибудь Бронксе. Спустя неделю вы будете рыдать серной кислотой и умолять вернуть вас на родную Красногвардейскую или Площадь Ильича. Вы будете в слезах вспоминать вай-фай в вагонах, четкие объявления всех станций по мегафону и бесперебойную работу московского метро. Я уже молчу про лазурные мозаики, нормальные эскалаторы, лепнину и горельефы рабочих и крестьян на станциях.

В славном городе Нью-Йорке, чтобы попасть в метро, вам придется спускаться чуть ли не в канализационный люк - такого понятия, как «здание станции» тут нет, вместо нее - узенькая щель в асфальте, в которую в час пик щимятся сотни синих воротничков и соевых фартучков.

Забудьте про бесконтактные карты для оплаты проезда. Тут вас ждет старинная пластиковая карточка с магнитной линией, которая с пятого раза таки снимет с вашего счета $2,75 и пустит вас через турникет. На самой станции будет очень узко и тесно. К тому же, такой свалки вы не видели даже в Волоколамске. Засрано все - и рельсы, и платформы. Какая-нибудь молодая институтка в короткой юбке, сев на деревянную лавку на станции, легко может встать с нее счастливой обладательницей триппера или как минимум беременной. Все станции расположены очень близко от поверхности земли и часто улицу от тоннеля отделяет просто решетка (по такой в свое время сверху гуляла Мэрилин Монро в платье и трусах). Но это только в кино так романтично выглядит. Через эти решетки, как вы догадываетесь, на станцию может сыпать снег, лить дождь, ну и вообще падать всякое говнище с улицы.

В московской подземке раньше висел плакат со слоганом «В Метро Всегда Хорошая Погода». В Нью-Йоркском метро, какая погода на улице, такая и на станциях. А так как поезда ходят не каждые 30-40 секунд, как в Москве, а порой раз в полчаса, то зимой в ожидании поезда вы можете дать дуба, а летом - задохнуться от жары.

Но давайте покинем мерзкую станцию и перенесемся в поезд. Летом, спасибо, внутри вагонов работают кондиционеры. На этом позитивные вещи про электрички сабвея заканчиваются. Вай-фай в тоннеле? Забудьте! Садитесь поудобнее на пластиковое сидение и читайте Рухнаму в парчовом переплете. И не прослушайте объявления диспетчера - очень часто вы садитесь в нормальный поезд, который едет со всеми остановками, но в какой-то момент машинисту может стукнуть моча в гиппокамп, и он поведет таратайку экспрессом. Это когда вы проезжаете штук 10 станций и оказываетесь в полных ебенях. Поезда ездят через раз и с ОЧЕНЬ БОЛЬШИМИ ПЕРЕРЫВАМИ. В нормальный день вы можете свободно простоять в ожидании своего поезда 15 минут. А в выходные - часовое ожидание - норма. И то, если нет «запланированных работ», когда вы приходите на станцию, а она тупо закрыта.

- Как на хуй?
- А так, скачите на перекладных, мрази. Бикоз оф констракшен и фак ю зетс вай.

В целом, система метро в Нью-Йорке очень нелогичная, устаревшая, абсолютно все поезда едут через сити, и порой из одного района в другой на машине ехать 10 минут, а на метро - через Манхеттен - час. Отсутствие всякой логики и ответственности. И никак, видимо, это не поменять уже...

Это я все к тому, друзья мои, что везде есть свои плюсы и минусы. И в одном из самых развитых городов в мире, от которого вот Hyperloop скоро до Вашингтона обещают построить, до сих пор действует чудовищная система средневекового метро.

А московское метро любите, да. Оно и правда одно из самых лучших в мире.(c)

"Знаешь, у меня есть мечта. Я хочу оказаться в поезде метро, который взорвётся в тоннеле"

О морали телевизионщиков. Натолкнулся на интересный пост, где одна тележурналистка делится своей мечтой с коллегой. Как она себе представляет идеальный день, где она попадает на самую вершину славы:

"Вопреки расхожей пословице вы можете, с некоторыми исключениями, верить клятвам наркоманов, слезам шлюх и улыбкам прокуроров. Но ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах, вам нельзя доверять продюсерам новостных передач по ТВ.

Ради сюжета и внимания начальства они готовы претвориться вашей мамой, бабушкой, Господом Богом всемогущим, самим Сатаной или кем угодно, в зависимости от обстоятельств.

Они могут обещать вам излечение от рака, бессмертие, миллиард долларов чистыми наличными или, как видите, мгновенное окончание уголовного преследования. Но ровно в ту секунду, как интервью будет записано и выйдет в эфир, вы перестанете для них существовать. Навсегда.

Одна моя бывшая коллега как-то раз курила со мной на балконе отеля в Иркутске, куда мы приехали собирать сюжеты про массовое отравление боярышником. Она собирала сюжет для телика, а я писал большой текст на сайт. И вдруг она поворачивается ко мне и говорит:

— Знаешь, у меня есть мечта. Я хочу оказаться в поезде метро, который взорвётся в тоннеле. Чтобы повсюду кровь, мелькающие лампочки, крики. И я выхожу на стрим с телефона, докладываю ситуацию. Может даже помогаю кому-то наложить шину или перевязать рану. Прямо в кадре. Мы потом с пассажирами собираемся идти по тёмному тоннелю в сторону ближайшей станции. Я продолжаю стрим. И вдруг вижу маленький мальчика, который плачет, не может идти и спрашивает, где его родители. Я в прямом эфире беру его на руки, успокаиваю, и мы идём дальше. Выходим из метро, а там уже наши операторы меня снимают. Прикинь кадр: я, вся в пыли, на мне какая-то гламурная такая царапина на лбу и мальчик на руках. Просто сказка".

Хоть Польша и стала вторым домом, я решила, что хочу жить в России

Бездомные в трамваях, спортсмены на улицах, вопросы про Путина, «майдан» и Крым: с чем сталкиваются в Польше россияне.

Я живу в Польше три года. Один из них ушел на научную стажировку, а оставшиеся два я работаю на языковых курсах преподавателем русского как иностранного. После университета, где я изучала польский, получила стипендию в Варшавском университете и поехала одна в чужую страну. Языкового и культурного барьера уже практически не было, так как еще во время обучения в московском вузе я провела в Польше суммарно около трех месяцев.

В первый день в Варшаве я узнала, как доехать до ближайшего «Ашана» за кастрюлями, тарелками и продуктами. По дороге узнала, что в Польше не принято произносить иностранные названия магазинов на свой манер. Если «Ашан» по-французски звучит как «Ошон», то и в Польше его будут так называть. Поэтому на мою просьбу показать, в какой стороне находится «Ашан», откликнулся только четвертый прохожий, объяснивший, как правильно произносить название этого магазина. Он же и повел меня в нужную сторону.

Когда показалась вывеска, поляк попросил два злотых (около 30 руб.) за то, что показал дорогу. Впоследствии я еще пару раз сталкивалась с тем, что за подсказку на улице люди просили денег.

Как оказалось, в Польше есть большая проблема с запахом в транспорте. В Москве я не раз видела, как водители или пассажиры выгоняли из транспорта бездомных. В Польше они ведут себя так же, как и российские, только на них никто не реагирует. Летом еще жить можно — бездомные заняты своими делами где-то на улице, — но зимой они обосновываются в троллейбусах и трамваях. Поляки рассказывают, что зимой в Варшаву съезжаются бездомные чуть ли не со всей страны, зная, что контролеры и пассажиры их не тронут.
Collapse )

"Сбросьте его по дороге"

Однажды ко мне в купе (вагоны были уже забиты до отказа) положили раненого полковника. Старший военный врач, командовавший погрузкой, сказал мне:
— Возьмите его. Я не хочу, чтобы он умер у меня на пункте. А вам все равно. Дальше Пскова он не дотянет. Сбросьте его по дороге.

— А что у него?
— Пуля около сердца. Не смогли вынуть— инструментов нет. Ясно? Он так или иначе умрет. Возьмите. А там— сбросите...
Не понравилось мне все это: как так — сбросить? Почему умрет? Как же так? Это же человеческая жизнь. И вот, едва поезд тронулся, я положил полковника на перевязочный стол. Наш единственный поездной врач Зайдис покрутил головой: ранение было замысловатое. Пуля, по-видимому, была на излете, вошла в верхнюю часть живота и, проделав ход к сердцу и не дойдя до него, остановилась. Входное отверстие— не больше замочной скважины, крови почти нет. Зайдис пощупал пульс, послушал дыхание, смазал запекшуюся ранку йодом и, еще раз покачав головой, велел наложить бинты.
— Как это? — вскинулся я.
— А так. Вынуть пулю мы не сумеем. Операции в поезде запрещены. И потом — я не хирург. Спасти полковника можно только в госпитале. Но до ближайшего мы доедем только завтра к вечеру. А до завтра он не доживет.
Зайдис вымыл руки и ушел из купе. А я смотрел на полковника и мучительно думал: что делать? И тут я вспомнил, что однажды меня посылали в Москву за инструментами. В магазине хирургических инструментов «Швабе» я взял все, что мне поручили купить, и вдобавок приобрел длинные тонкие щипцы, корнцанги. В списке их не было, но они мне понравились своим «декадентским» видом. Они были не только длинными, но и кривыми и заканчивались двумя поперечными иголочками.
Помню, когда я выложил купленный инструмент перед начальником поезда Никитой Толстым, увидев корнцанги, он спросил:
— А это зачем? Вот запишу на твой личный счет — будешь платить. Чтобы не своевольничал.
И вот теперь я вспомнил об этих «декадентских» щипцах. Была не была! Разбудив санитара Гасова (он до войны был мороженщиком), велел ему зажечь автоклав. Нашел корнцанги, прокипятил, положил в спирт, вернулся в купе. Гасов помогал мне. Было часа три ночи. Полковник был без сознания. Я разрезал повязку и стал осторожно вводить щипцы в ранку. Через какое-то время почувствовал, что концы щипцов наткнулись на какое-то препятствие. Пуля? Вагон трясло, меня шатало, но я уже научился работать одними кистями рук, ни на что не опираясь. Сердце колотилось, как бешеное. Захватив «препятствие», я стал медленно вытягивать щипцы из тела полковника. Наконец вынул: пуля! Кто-то тронул меня за плечо. Я обернулся. За моей спиной стоял Зайдис. Он был белый как мел:
— За такие штучки отдают под военно-полевой суд,— сказал он дрожащим голосом.
Промыв рану, заложив в нее марлевую «турунду» и перебинтовав, я впрыснул полковнику камфару. К утру он пришел в себя. В Пскове мы его не сдали. Довезли до Москвы. Я был счастлив, как никогда в жизни! В поезде была книга, в которую записывалась каждая перевязка. Я работал только на тяжелых. Легкие делали сестры. Когда я закончил свою службу на поезде, на моем счету было тридцать пять тысяч перевязок!
_______________________________________________________

— Кто этот Брат Пьеро? — спросил Господь Бог, когда ему докладывали о делах человеческих.
— Да так... актер какой-то,— ответил дежурный ангел.— Бывший кокаинист.
Господь задумался.
— А настоящая как фамилия?
— Вертинский.
— Ну, раз он актер и тридцать пять тысяч перевязок сделал, помножьте все это на миллион и верните ему в аплодисментах.

С тех пор мне стали много аплодировать. И с тех пор я все боюсь, что уже исчерпал эти запасы аплодисментов или что они уже на исходе. Шутки шутками, но работал я в самом деле как зверь...

Александр Вертинский, "Дорогой длинною"

"Перемирие": убили еще одного российского журналиста

Руководитель пресс-центра Донецкой народной республики Клавдия Кульбацкая рассказала РИА Новости, что у одной из воинских частей в Донецке был убит оператор российского Первого канала. «Оператор был ранен в живот и от этого скончался», - рассказала она.

По её словам, к воинской части на территории Донецка подъехал автобус с матерями солдат, служащих там. Они потребовали отпустить их детей домой, однако когда автобус подъехал к части, оттуда началась стрельба, в результате которой был ранен представитель СМИ.

На данный момент Первый канал не подтверждает эту информацию.

Корреспондент RT Мария Финошина рассказала, что журналист Первого канала работал в Донецке. Он снимал одну из военных баз города. Он находился в автобусе, на котором к базе приехали матери военнослужащих, чтобы провести переговоры с украинскими военными по поводу освобождения их сыновей. Переговоры уже закончились, и они курили, когда внезапно раздалась стрельба. Пока неизвестно, кто стрелял.

Первый вице-премьер ДНР Андрей Пургин подтвердил смерть оператора российского телеканала. «Оператор Первого канала Анатолий Клян скончался после ранения, полученного возле одной из воинских частей», - заявил он.

Он также рассказал, что при обстреле был ранен в шею и водитель автобуса, в котором находились матери солдат-срочников и журналисты.

Между тем, по словам Кульбацкой, также у воинской части в Донецке были обстреляны журналисты российского телеканала LifeNews. Представитель ДНР рассказала, что журналисты съёмочной группы вышли из своей машины, после чего она была подстреляна из гранатомёта.
Collapse )

источник

Металлист не дал кавказцам отжать мобилу

"Юбилей группы «Кипелов омрачился довольно неприятным инцидентом. После концерта поклонники делились в вагоне метро впечатлениями от «арийского» выступления в «Лужниках» в честь 20-летия «Героя асфальта» и включили на мобильнике запись того выступления. Рядом сидели два молодых кавказца, которые сначала неодобрительно косились на фанатов, а потом потребовали выключить неприятную, по их мнению песню.

В ответ на возмущение одного из поклонников Кипелова, горячие южные парни вскочили со своих мест и попытались отнять звучавший мобильник. Но, на бeду джигитов, в потасовку вмешался внушительных размеров мужчина, также ехавший с концерта в «Крокусе». Дюжий металлист без труда раскидал горе-джигитов, а подоспевшей подруге сказал: «Да я за Кипелова любого порву! У Кипелова юбилей, а тут какие-то... его так называют! Да я им сейчас так двину...» Поверженные кавказцы были вынуждены ретироваться из вагона под победные возгласы: «Ки-пе-лов! Ки-пе-лов!!!», - сообщает "КМ.ru".
___
Хоть одна позитивная новость за эту субботу. Надо, наверное, привлекать таких бойцов на РМ-2013.